ОТ СВЕТА ДО СВЕТА

или 12 песен для Навны*

Маленькая Пасхальная поэма

I Часть. Беда.

	Алёнушка Укрывалось тучкой красно солнышко, поднимались в поле ветры буйные... Загрустила у воды Аленушка, где лесная речка синеструйная. Лес клонился темными вершинами, звери выходили осторожные... И о чём печаль твоя кручинушка? За кого ты так себя встревожила? Что своё веселие оставила, не поешь, на мир не улыбаешься? Звонким голоском себя прославила, а теперь молчишь да сокрушаешься? Обхватила голову, незрячая, косы по ветру летят разбросаны. И бегут, бегут ручьи горячие по щекам, на грудь, на ноги босые: «Ой вы ветры, ветры своевольные, ой вы звери, звери осторожные! Нет веселья-счастья мне раздольного, грусть-тоска гнетет меня острожная. Заигралась с сестрами-подружками, по зеленой мураве забегалась... Что скажу? И кто теперь послушает. Что я непутевая наделала! Что я непутевая наделала – иль рассудок коршуны похитили? Нет мне больше света, света белого: про наказ забыла я родителей! Про наказ забыла я родителей, проглядела Ванечку-детиночку! Ой вы ветры, братика не видели? Ой вы звери, где сыскать кровиночку?» Плачет, плачет, плачет – убивается. Обхватила голову ладонями, лес от горя вместе с ней качается, тучи кружат стаями вороньими... Кто поможет? Где вы есть, проворные? Как найти Братишку-несмышленыша? Горе разлилось как омут чёрное. Замерла у омута Алёнушка...
	Плач Надежды Я плачу над тобой, моя Россия. Я руки охладелые целую. В любви любой неведомый мессия – любовью злые чары расколдую. Я – здесь! Не отойду и не покину бредового, чумного изголовья. Люблю за дочь, за брата и за сына безвыходной и каторжной любовью. На все века с тобою, на все муки. Я ничего прекраснее не знаю, чем эти тихо сложенные руки, которые дыханьем согреваю. И пусть безмолвна ты, Святая Мати, пусть без кровинки лик твой белоснежный, я над тобой застыну, как Распятье и буду петь тебе мой Плач Надежды. Никто не прикоснётся, не обидит. Никто твоей беды не потревожит. И только Бог наш тайный труд увидит, и Он простит! Простит нас и поможет. Всё плачу над тобой, моя Россия... Кипящей солью слёз тебя врачую. Любовью безнадежной и всесильной – живой водой – омою! Расколдую!
	Русь – небесная Война Вот опять стеною тучи, гром и молнии в огне. Выходи, народ могучий: на войне как на войне! Не вчера война случилась, по сей день война идет – и душила, и крушила тьма всегда тебя, народ. Сколько их, кустов ракиты над убитыми грустят? Сколько копий перебитых, сколько чудищ на тебя? Сколько гари, горя, страха – всюду ужас, боль и стыд... И последняя рубаха на груди твоей горит. Где-то: солнце, мир и милость. Где-то все наоборот. А у нас уж так сложилось: на Калинов мост, народ! Может статься, оттого-то и доверено тебе неразгаданное что-то в полыхающей судьбе. Оттого многострадальна эта даль – твоя земля, что светло и изначально Слово сеяла в поля. Наставления не слушай, на войне как на войне. Не спасут засовы души; души русские – в огне! Но придёт великий Воин, меч прославленный возьмёт, остановит реки крови, сокрушит сердечный лёд. Знаю: Русь поднимет Слово. Но война – всегда война. Здесь любой мобилизован, и кольчуга всем нужна. Защищайте други друга, да наступит Тишина! Крест – наш меч. Любовь – кольчуга. Мир – небесная Война!
	Ответ Александру Блоку Нет! Мы не скифы, с жадными глазами. Не присягали крови и золе. Мы – русый полк, не сохранивший знамя, и трубачей попрятавший в земле. Но мы – не скифы! Может быть пространство родившее нас, вечно нас зовет. Но мы – не зверства, не разврат, не пьянство. Не полчище скотов. Нет, мы – народ! Мы – полк. Рассеянный, растерянный, унылый. Куда идти? Как вновь её открыть, свою святую, сказочную силу? Как жить? Ведь мы не скифы, чтобы «братьев жарить». Нет этой радости у нас в крови. Другая есть: Отечество прославить по вере, по согласью, по любви. Хоть издали, но чудо-куполами нас наша Радость Светлая зовёт. Не дикостью, не скифскими холмами лицо России миру предстаёт. Хоть издали, но нераздельно с нами свой Навна полк израненный – ведёт. Поэт, скажите, что случилось с Вами, что к скифам Вы причислили народ святой? И отдали могиле языческой – прозренья сотни лет? Что с Вами сделали? Ведь Вы же были петь нашу славу избранный поэт! Ведь и для Вас всходила над Непрядвой Пресветлая, что всех сестёр светлей? Вам вверенное чудо было рядом, и сами были Вы лицом белей. Нет. Мы – не скифы. Гулы и разгулы смывает время, следом на песке. Давно Россия Богу присягнула. И чудо – рядом. Но – не в кабаке.
	Встреча на полустанке Как живёте? Полосочки слёз на щеках... Красноносые тёти, в цветастых платках. Красноносые тёти – седые виски. Как же вы не помрёте от этой тоски? Когда утром – темно, когда всюду – бурьян. Когда всем всё равно: или мертв, или пьян. Как же вы не устали фуфайки носить, и копать, и рубить, и доить, и месить? Тети, тети... Понять бы вас. Вас бы открыть. Неужели не ждёте, не чаете – жить? Как живёте? Чем держитесь, дышите вы? Пыль на лицах. И эта повадка совы: грозный взор за оковы, за то, что не в счёт. Мои русские совы, мой дивный народ! Знаю-знаю: коза, или Жучка, Дружок... И дрожит, и горит золотой фитилёк. Умиленья глоток. Изумленья поток. Красноносые тёти: мой царский исток!
	Утренняя песня Россия, вернись к чистоте! Порви эти тёмные путы. Не верь колдуну-лиллипуту и вспомни о прежней мечте. Проснись! Сколько лет пролежала без сил – не любя, не дыша. Но время иное настало: пей жизнь из святого ковша! Восстань – из подвала, со дна, где цепью тебя оковала дремотная власть колдуна. Вздохни, как ты раньше дышала! Вернись к чистоте, к высоте – к себе же самой, осиянной. Воспрянь из гнилого тумана в рассветной своей красоте. Ты слышишь – фанфары трубят? Грохочут шторма и составы – вставай! Отправляйся за славой, как наши преданья велят! Про-снись: к свету, к счастью про-рвись! О, вырви змеиное жало! От сна векового очнись, верни себе щёк своих алость. Россия, навек про-яснись! Да сгинут лжецы и вампиры. Вернись, улыбнись снова миру. Начнись. Непременно: начнись!
II Часть. К Свету.
	Песня о Русском Духе Кто не помнит, кто не знает? Для кого та слава – дым? Русский Дух благоухает по гробницам золотым. Русский дух над полем сжатым пахнет жаркою землёй. А в лугах он пахнет мятой, и водою ключевой. Земляникой, хмелем, мёдом веет в сказочных лесах. От рожденья у народа Русский Дух в крови, в костях! Русский Дух – он лёгкий, чистый, он сроднился с высотой, и веселый, и плечистый, и по-детски он простой. С ним из баньки мы недаром окрылённые летим: с Русским Духом, с легким паром, с легким сердцем! – говорим. Запах хлеба – запах неба. Бога Плоть мы в хлебе чтим. Как и встарь, мы дышим хлебом, а не просто хлеб едим. Русский Дух живой – не жухлый, он цветёт, поёт, творит, умножая царство Духа над разрухами парит. Не пером, не прахом-пухом, не авосем с корабля: Русским Духом! Русским Духом крепла древняя земля. С Богородицей-Царицей зачались и поднялись. Здесь святое не темнится. Нам любовь – святая высь. Издревле Она по водам и по воздуху пришла. Избрала Своим народом на великие дела. Избрала – за труд, за радость, за святую простоту. Мало нам красот досталось – в Боге ищем красоту. Много горя нам досталось и от скудости щедрот, ближе к небу оказалась та земля и тот народ. И с тех пор благоухает Дух по ракам золотым. Кто не помнит, кто не знает, тот не дух ещё, а дым. Слава русским! Слава Духу! Фарисейскую разруху прочь: гнилье, цинизм, разврат. Встанем в Духе, с братом брат! Русский Дух непобедим: Богородице над ним!
	Колокола Светлояра Песня о Небесной России Согласно старинному преданию, на глазах у полчищ Батыя исчез, превратился в озеро Светлояр, город Китеж. Его жители усердно молились, прося Великую Заступницу о спасении. С тех пор в керженских заволжских лесах слышатся колокольные звоны, поднимающиеся со дна потаённого озера... Где в заповедной чащобе озера рябь чуть видна, русского града подобьем – Сказка восходит со дна. Где по-за пологом хвойным кроется власть колдуна, звоном святым колокольным – Сказка восходит со дна. При-остановится птица, свой замедляя полет, зверь ли лесной убоится, близко к воде не пойдет: льются вечерние звоны в керженской тишине, клонятся нежные клёны, слёзы текут по сосне. Небо закатом венчает службу берёз и осин. Небо само охраняет дивные клады Руси. Колокола Светлояра! Китежа купола! В чёрных ветрах и пожарах ликом Россия светла! Сердцем Россия, как прежде, первому зову верна: Не оставляйте надежды, Сказка восходит со дна! Не оставляйте надежды, не предавайтесь тоске. Верный спасется, как прежде. Видите: след на песке? Слышите? С радостью дара звоны-посланцы спешат? Колокола Светлояра каждая кроет душа. Не убоимся кошмара – сколько их было уже. Колокола Светлояра вечно у русских в душе. Не потому ли от века даль перед нами светла? Веруйте – в тайное эхо, веруйте – в колокола! Лучшее, что сберегли мы, неопалимое: «ВЕРЬ!» Чудом столетья хранимы – чудо спасёт и теперь. Вечный – не новый, не старый Китеж нам плещет в глаза. Колокола Светлояра – это не под. Это – за. Что ещё братики надо? Звоны, голубизна... Образом русского града, Сказка – без края, без дна...
	Песня о россиянке Я знаю, чем взяла у Бога: и крошки ветру не отдам. Мне никогда не надо много, но что дано, то не предам. Я знаю, чем взяла у Бога: мне радостно дышать и жить. Мне радостно к Его порогу любую радость приносить. Священна мне Его работа: травинке каждой – поклонюсь. А если послан ближний кто-то, до слез, без памяти влюблюсь! Я знаю, чем взяла у Бога: жила в трудах и без затей, все силы отдала дорогам, в дороге родила детей. Нет, не была я вольной птицей: в мир, как в Премудрости чертог, вступила тихой ученицей, перецелован каждый слог! Пришла любить, страдать, молиться, терпенья запасаться впрок, трудом от немощей лечиться, и с болью быть накороток. Черницей, тихой ученицей всё шла – с урока на урок, а к странницам и к роженицам так милосерден Русский Бог. За то, что я такая малость – как та росиночка в лесу, мне столько здесь чудес досталось, что каждому теперь несу. За то, что я такая малость – сухая веточка в бору, мне столько впереди осталось, что я вовеки не умру.
III Часть. Даль
	Колыбельная небесному Гостю Как безмятежно дети спят... Их ангелы во сне хранят. Они летят, они парят – играют чудесами. А взрослые – на них глядят, а взрослые – вздохнуть хотят, но трудно столько раз подряд вздохнуть нам небесами. За вздохом вздох – в небесной мгле идём за ними по земле. За шагом шаг, за следом след – они выводят нас на Свет. Как нам детей благодарить за это счастье: с ними жить? На них смотреть, им песни петь, вдыхать их ладан вешний? Как нам достойными их стать? Как до-тянуться, до-страдать, чтоб невзначай не запятнать их чистоты нездешней? Ребёнок – вдаль, а мы за ним! Хотим того ли, не хотим. За шагом шаг, другое – дым, кому и кто нужнее? Нам кажется, что мы храним, но этот ореол над ним, но этот взгляд, но этот нимб – нет глупостей важнее! Кто видел Тайную Печать все знать и обо всем молчать, тот только может посягать идти за ним вдогонку. Кто видел Мудрости завет на лбах, пересиявших Свет, тот рад, как раб или поэт, служить ему, Ребёнку!
	МАСТЕР Даниилу Андрееву «Видел россыпь Поющих Звезд...» – Мастер шёпотом произнёс. «Вся вселенная мне звучала от Начала и до Начала. Словно ёлочные шары, в ней просвечивали миры, и сияньем слепила фара всеохватного Астрофайра! Светолопасть миры вращала, сферы радугами пронзала. И алмазами брамфатур – полыхал и струился шнур тех созвездий! Всходил эон над Энрофом – под нежный звон... Ход туманностей круговой проливался над головой. Вся вселенная отвечала сердцу, будто со мной играла. И увидел, что мир – сквозит, дышит, движется, говорит, что в сокровищнице Творца чуду меры нет и конца!» Он, в летящем плаще факира, он, сего избежавший мира, нас сиянием глаз зовёт – в путь. В бессмертье. В круго-ворот Света! Проснитесь, проснитесь, люди: Чудо – было, и есть, и – будет!
	В путь! Кто поможет девице Алёнушке – а и есть ли сильные, проворные отыскать братишку-несмышленыша? Горе разлилось, как омут чёрное. Лес клонился темными вершинами, звери выходили осторожные. Да о чем печаль твоя кручинушка, или так о братике встревожена? Ой вы ветры, ветры вы могучие, ой вы звери, звери осторожные! Что мне слезы, слезы лить горючие? Нету мне в беде моей помощников. Поднималася, платочек ладила, лесу кланялась, за лесом – рощице. Я сама Иванушку оставила – только и сама себе помощница. Помогите, ноженьки проворные, руки мои, всем трудам привычные. Сердце верное, в любви упорное, голосом с рожденья вышла зычная. Речка, лес – и вами век хранимая, укрывайте от волков да коршунов! Помогай, Земля моя родимая – не пойти бы вновь по следу ложному! Побегу. За далями-болотами, за лесами, горками, стремнинами – знаю-слышу-верю: ждет-пождет он там, мое Дитятко, моя Кровинушка! Буду звать-позвать, искать да кликать я, загляну под каждую травиночку, и не испугаюсь зла великого – всё снесу я за свою Кровиночку! Ты дождись, дождись меня, мой Маленький, несмышленый, ласковый, доверчивый! Не завянь с тоски, Цветочек Аленький – без тебя как будто без сердечка я! Побежала! За неё помолимся. Пожелаем ей пути недлинного. И перед любовью её склонимся. И простим вину её невинную.

2005 лет Христианской эры

ã1997 Лариса Гумерова. Все права защищены. Последняя редакция: март 2005 г.

Вот опять стеною тучи,

гром и молнии в огне.

Выходи, народ могучий:

на войне, как на войне!

Не вчера война случилась,

по сей день война идёт –

и душила, и крушила

тьма всегда тебя, народ.

Сколько их, кустов ракиты

над убитыми грустят?

Сколько копий перебитых,

сколько чудищ на тебя?

Сколько гари, горя, страха –

всюду боль, и кровь, и стыд.

И последняя рубаха

на груди твоей горит.

Где-то солнце, мир и милость -

где-то все наоборот.

А у нас уж так случилось:

на Калинов мост, народ!

Может статься, оттого-то

и доверено тебе

неразгаданное что-то

в полыхающей судьбе.

Оттого многострадальна

эта даль – твоя Земля,

что светло и величально

Слово сеяла в поля.

Наставления не слушай:

на войне, как на войне.

Не спасут засовы души –

души русские в огне!

Он грядёт, великий Воин!

Меч прославленный возьмёт,

остановит реки крови,

сокрушит сердечный лёд.

Знаю: Русь поднимет Слово.

Но война – всегда война.

Здесь любой мобилизован,

и кольчуга всем нужна.

Защищайте други друга,

да наступит Тишина!

Крест – наш меч.

Любовь – кольчуга.

Мир – Небесная Война

---

* Навна - идеальная соборная душа России, одна из «великих сестер». Название условное.

( Д. Андреев «Роза мира», стр. 274. )