Марина Цветаева, величайший поэт XX–го столетия, дочь крупнейшего просветителя и подвижника
русской культуры, профессора Ивана Владимировича Цветаева, – ещё одна невинная
жертва красного террора. Чудовищное преступление против Бога, человека и России
– не имееет срока. Сегодня Марина обличает
тайных и явных реаниматоров советского режима. Её стихи важны именно
теперь,
когда всё вокруг и в душах человеческих замутнено, потеряно, надломленно.
110-й День Рождения Марины
Поздравляем друзей и сотрудников ЛУЧа со
110-летием со дня рождения великого русского Поэта!
Правда о гибели Марины Цветаевой наконец
открыта: Лилит Николаевна Козлова, рыцарь Марины, в эти особенные для России и
всех русских дни – памяти Сергия Радонежского, Иоанна Богослова и Марины –
становится Почётным членом ЭК. Хотелось бы считать это добрым знамением и
признанием наших скромных трудов на благо Отечества.
«Сильные умы отличаются той внутренней силой,
которая даёт им возможность не поддаваться готовым воззрениям и системам, но
самим создавать свои взгляды и выводы на основании живых впечатлений. Они
ничего не отвергают сначала, но ни на чём не останавливаются, и всё принимая к
сведению, перерабатывают по-своему». Н.А. Добролюбов.
9 октября 2002 года исполняется 110 лет со дня рождения великого
русского Поэта Марины Ивановны Цветаевой. Кто из почитателей её творчества не
знает и не любит этих блистательных, колокольно-звонких строчек:
Жаркою кистью
рябина зажглась,
падали листья,
я – родилась.
Спорили сотни
колоколов,
день был субботний –
Иоанн Богослов.
Мне и доныне
Хочется грызть
жаркой рябины
горькую кисть…
В этот торжественный день мы вспоминаем Марину,
перечитываем любимое, зажигаем свечи, слушаем песни на её стихи. Мы благодарим
нашего любимого Поэта и Друга, за жизненный и творческий подвиг, благодаря
которому у нас есть опора и утешение в бурях повседневности – её стихи.
В этих лёгких и точных строчках навсегда осталась её
душа: беспощадный максимализм, огонь искренности, бунтарство, любовь, Долг. Как
нужны эти качества, как необходимы её стихи именно теперь, когда всё вокруг,
как и в душах человеческих, – замутнено, потеряно, надломленно. Марина всегда
помогала людям, не проходила мимо человеческого горя, не прощала лжи,
предательства, обмана. И теперь она непременно поможет, поддержит и укрепит
нас.
С днём рождения, Марина!
Светлого Праздника тебе, Россия!
Наконец-то восторжествовала правда о гибели Марины
Цветаевой.
В самые первые дни октября ЭК получил свидетельство
известного писателя, цветаеведа и друга Анастасии Ивановны Цветаевой – Лилит Николаевны
Козловой. Приводим ниже полный текст этого письма, а так же небольшой
рассказ о том, как прошёл всемирный Цветаевский Костёр в Елабуге, на могиле
поэта.
Лилит Николаевна внесла неоценимый личный вклад в
нахождение могилы поэта в Елабуге, установление памятника и ограды, уточнение и
прояснение обстоятельств гибели Марины. Благодаря личной инициативе и трудам
Лилит Козловой сегодня мы доподлинно знаем, что в ночь на 31 августа 1941 года
Марина Ивановна была зверски убита
двумя сотрудниками местного НКВД. Затем инсценировано самоубийство, а при
похоронах сделано всё, чтобы никто и никогда не узнал правды. Но Бог судил
иначе.
Итак, Марина Ивановна Цветаева, величайший Поэт XX–го столетия, дочь крупнейшего просветителя России,
подвижника отечественной культуры, профессора Ивана Владимировича Цветаева –
ещё одна невинная жертва красного террора. Подобное чудовищное преступление
против Бога, человека и всех русских людей – не имееет срока.
Позор убийцам! Они должны предстать и ответить перед
судом, согласно юридическим нормам правового государства. Не важно, живы они или
нет, их надо найти, и пусть КГБ ответит перед лицом мирового сообщества: каким
образом и кому помешала Марина? Почему её, одинокую, беззащитную, загнанную в
тот момент в невероятно тяжёлые условия существования, но никогда не терявшую
надежды, надо было ещё и умучить и убить?
Не потому ли, что в 1917 году к власти пришли подонки и
убийцы, которым всё равно, кого и за что убивать, лишь бы извлекать своё от
страданий гекатомб невинных жертв? Слабая, беззащитная и одинокая женщина –
лёгкая добыча нелюдей и подонков.
Незадлго до этой трагедии, как и Марина Цветаева, после
ареста Всеволода Мейерхольда, подверглась бандитскому нападению в собственом
доме, искалечена и погибла от полученных ножевых ранений актриса Зинаида Райх
(см. воспоминания дочери З.Н. Райх и Сергея Есенина Татьяны, опубликованные в
НРС, 1995г.) Есть свидетельства, что это зверство и надругательство над
беззащитной женщиной, всемирно известной актрисой и первой красавицей России,
было делом лично Сталина. Сейчас уже точно известно, что и Сергей Есенин был
убит топором по голове в гостиничном номере, а потом, как и в случае с Мариной,
на него уже мёртвого надели петлю.
Хотелось бы, чтобы нижеприведённое письмо попало на глаза
господину Андрону Кончаловскому и иже с ним –
всем, кто искренне или заказанно-подло утверждает, что
советский режим – «славная страница истории России».
Письмо из Ульяновска 15/09/02
Милая,
родная моя Лариса! Недавно вернулась из Елабуги. В этот раз там были Первые
междунаровные Цветаевские чтения. Я тоже сделала сообщение ""Быть и
точка. За ней – простор". Марина Цветаева о славе".
Приехали
гости не только из наших городов: Хабаровска, Пензы, Тарусы, Москвы,
Петербурга, Ульяновска, Набережных Челнов, но также из Японии и из Италии (!).
Из США прилетела Оля, Анастасиина младшая внучка. Так что Елабуга замахнулась
на помпу и стала двигаться в сторону официоза. Напротив дома, где жила в
последние дни Марина, сделали площадку и поставили ей памятник – бюст. Все это
было бы хорошо, если бы устроители были так же искренни, как приехавшие по зову
сердца. Но это, видимо, общая беда, это везде, даже вокруг Иосифа*.
Около
могилы, где традиционно выступают гости, говорят проникновенные слова и читают
стихи, Маринины и свои, – прочитала Ваше стихотворение. Оно очень хорошо было
принято, кто-то из слушательниц попросил экземпляр, но ксерокс сделать было
негде, а списывать она не стала... Мои литераторы тоже хорошо приняли стихи,
ахали и восхищались Вами. А некоторое время назад, когда все просмотрели
русский фильм о Иосифе, я нашла Ваши стихи "Брат Ветер" и
читала их на субботе у Леночки. И сама еще раз просмотрела Ваш фильм
"Посланник". Многие акценты стали яснее. Замечательный лирический
фильм! И он у меня теперь идет в цвете – купила новый видеомагнитофон.
Целую Вас,
Ларисонька, пишите!
Ваша Лилит.
15.09.02
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ЖИЗНИ
МАРИНЫ ЦВЕТАЕВОЙ
ЛИЛИТ КОЗЛОВА, 01. 10. 2002, Ульяновск
Эту историю
услышала я от Владимира Владимировича Соловьёва в Переделкине и записала от
слова до слова.
Осень 1988
года. Как обычно, я приехала в гости к Анастасии Ивановне, сестре Марины Цветаевой.
Одновременно со мной у неё появился еще кто-то из гостей, мне незнакомый. Но
вот Анастасия Ивановна отправилась ужинать, а мы с гостем разговорились. В
первые же 5 минут я узнала, что он по боковой ветке родственник философа
Владимира Соловьева, и одновременно потомок Бенкендорфа.
Над этим
парадоксом мы оба дружно посмеялись. Вслед за этим последовал рассказ о
последнем дне Марины Цветаевой в Елабуге в том виде, как он услышал его от
Андрея Борисовича Трухачёва. Я немного удивилась такой его доверчивости – ведь
наше знакомство длилось не больше 10 минут, но не только его хорошо запомнила,
но позже постаралась по возможности проверить. Вот как это звучало:
–
Андрей
Борисович, племянник Марины Цветаевой, встретился в Елабуге с внуком
Бродельщиковых, Павлом, и тот ему в доверительной беседе около бутылочки, с
рюмкой в руках, рассказал, что после уже не повторил никому. По его словам, он,
в те поры шестилетний, в день, когда все ушли строить аэродром, не ушёл с дедом
в 3 часа ночи на рыбалку, а спокойно спал на печке в комнате, смежной с
цветаевской. Когда к ней пришли, он проснулся. Двое мужчин, какой-то разговор.
Цветаева стала возражать, спрашивала, где её муж, «что вы с ним сделаи?» Ещё
несколько её резких несоглашающихся реплик (Марину пытались завербовать – ЛУЧ) –
и началась потасовка. Мальчик в страхе убежал из избы.
На этом
кончался рассказ моего нового знакомого. Почему-то я не пыталась проверить это
у Андрея Борисовича. Наверное, мне казалось, что я не имею права доводить до
его сведения, что такая тайна была мне передана его другом в первые 10 минут
знакомства... Только через год я попыталась сама встретиться с Павлом и
услышать этот рассказ своими ушами.
В ноябре
1989-го я приехала в Елабугу вместе со своей приятельницей, биологом и
искусствоведом, Ниной Петровной Оскаровой, предварительно договорившись, что мы
остановимся в Набережных Челнах у Алены Трубициной. Оставили вещи, и сразу же
решили поехать в Елабугу. 40 минут автобусом – и мы, все трое, уже там. Идем на
кладбище. Алёна помогает найти могилу Елены Матвеевой, а по ней уже нетрудно
опознать слегка опустившуюся цветаевскую могилу.
Было уже
темно, когда мы втроём направились к дому, где теперь жил Павел, внук
Бродельщиковых. Высокий забор, лай собаки. Стучим снова и снова и в ворота, и в
окна. Наконец, выходит женщина и говорит, что Павел нездоров. Мы просимся
войти, но через некоторое время появляется он сам, становится в воинственную
позу независимости, скрестив на груди руки. На все наши вопросы говорит, что
они ничего не помнит. Неприступная крепость. Мы ни с чем уходим.
Сейчас,
когда, начиная с публичного выступления в Елабуге А.И.Сизова в дни памяти в
1991 году, выплыла тень НКВД за всеми событиями цветаевских последних дней, всё
выстраивается и приобретает логичность. Стало ясно, что за всем поведением
елабужан стоит страх. Стало понятно, почему столько лет молчали свидетели,
почему не захотел повторять свой рассказ Павел. Почему не пошли на кладбище в
день похорон – НКВД запретил. Почему сразу же сделали как минимум две ложных
могилы – "Пивоваровскую" и "Майоровскую" в двух
противоположных частях кладбища. Значит, было что увидеть, если бы сразу кто-то
настоящую могилу раскопал. Не случайно хоронили в наглухо заколоченном ящике;
не случайно в одной из цветаевских записок якобы слова "я тяжело больна. Дальше было бы только хуже". Не следы
ли это той самой потасовки? Те следы, которые поначалу были явными?
Понятно,
кто пустил слух, что у Цветаевой есть 10 тысяч – большие по тем временам
деньги. Эта сплетня проложила между ней и елабужанами пропасть, помогать и
сочувствовать "богачке" никому не хотелось. Мне рассказала об этом
одна из свидетельниц, бывший инспектор РОНО.
Понятно,
почему могилу показал Николай Матвеев, живший в то время уже вне Елабуги, в Раменском.
Почему многие годы писал о точном месте могилы его детский друг, Фрезер
Клемент, ленинградец, а подтверждала Конькина, свидетельница из Нижнего
Новгорода, бывшая елабужанка. Почему сведения о настоящей могиле опубликованы
не в Елабуге, а впервые мной в ульяновской газете "Призвание"
11.11.1989-го.
Почему не в Елабуге, а в ульяновском "Симбирском курьере" впервые 10
сентября 1991-го появилось интервью А.И.Сизова, взятое мной у него в том же
августе.
Кстати, это
интервью имело большой отклик и статья была перепечатана 8.10.1992-го в
"Московской правде", а 9.07.1992-го в "Новом русском
слове". А ещё позже материал был использован в книге Ирмы Кудровой
"Гибель Марины Цветаевой" (1995-й).
Но вернемся
к рассказу В.В.Соловьева.
Я долго
носила в себе этот неподтвержденный рассказ, пришедший ко мне как бы через
вторые руки. Бывало, что в своих цветаевских выступлениях я приводила его как одну из возможных версий. И, наконец,
наступил момент, когда я напрямик спросила у Андрея Борисовича:
– Это правда, что рассказывал мне В. В. Соловьев? Вы
говорили с внуком Бродельщиковых, и он Вам передал то, что услышал из-за
перегородки в день смерти Марины?
– Да, да! Я уверен, что её убили! Я этим делом займусь!
Но заняться
он не успел: через полгода, летом 1993-го его не стало.
А спустя
некоторое время, году в 1995-м, мне рассказали эту версию, прозвучавшую по
радио или по телевидению – не могу сказать точно, сама не слышала. И я поняла,
что потомок Владимира Соловьева и Бенкендорфа сделал за своего друга то, что
тот сам уже сделать не мог...
1.10.2002
Ульяновск
110
-летию со Дня Рождения Поэта Марины Цветаевой
Сквозь Страшного Суда годины,
всей низости наперекор –
гори, гори Костёр Марины,
высокий и святой костёр.
Да будет им земля объята,
и на душе светлым-светло,
и каждый пусть отыщет брата
под огненным его крылом!
Рей, ясноглазая Певунья,
и за собою уводи
по заповедям полнолунья,
сквозь звёд слепящие дожди!
Мы за тобой как с Моисеем
пройдём пустыни и моря,
и возмужаем и прозреем,
за муки возблагодаря.
Сквозь Страшного Суда годины,
всей низости наперекор –
гори, гори Костёр Марины,
высокий и святой Костёр!
«31 августа».
Цикл стихов, посвящённых памяти Марины Цветаевой. 2003 год.
* Здесь и ниже речь идёт о Хосе Кортесе
(1940 – 1997), талантливом
художнике-иконописце, подвижнике веры и верном хранителе чудотворной Иверской
Монреальской иконы Божией Матери.
LUCH 2002